Крылья на песке и ключ в ладонях

 

Автор: Анна Васильева

 

Я всегда говорю с тобой,

Всю жизнь свою говорю с тобой,

Не зная толком, где ты -

На кресте или в пустоте.

Но когда удается выйти отсюда,

Мне кажется, ты меня слышишь,

Каждый раз когда я оказываюсь

Между этим миром и тем

(с)Зоя Ященко

 

Море танцует свой бесконечный танец: то вскинется с обманчивой яростью, захлестнув берег подолом своей юбки- и тут же назад, мягким кошачьим шагом. Однако своими шумными всплесками оно никого запугать не может — ни перекрикивающихся пронзительными голосами белых чаек, ни стоящие в почтительном отдалении горы, ни даже ошлифованную им самим гальку, пригоршни которых прилив щедро швыряет к одиноко стоящим на песке сандалиям. Вытряхнуть бы из них песок, но так не хочется вставать...

От сандалий взгляд скользнул к крыльям, лежащим чуть подальше на песке... Простирнуть, что ли... Да нет, долетим и так. А сейчас пусть отдохнут. Мысленно погладила ладонью их уставшие перья. Когда удастся еще так посидеть... Чтобы только ты, шум моря, песок и камешки... И синее небо.

Взгляд вверх — щелочки светло-голубых, будто выцветших глаз, жмурятся от солнца. Оно хоть и клонится к закату, но еще неумолимо бьет по глазам. Жжется, проникает в самую душу, как всевидящее око. Ленивые, будто расплавленные мысли невольно зацепились за это последнее сравнение. Огненный глаз, перед которым ты с твоими жалкими желаниями и помыслами- как на ладони. А раз так- какой смысл молчать и перекатывать слова внутри, как камешки в руках? Не лучше ли сказать вслух и этим облегчить душу?

— Ну что же.. смотри. Вот я, вся, какая есть — и лицо в веснушках с монету величиной, и нос курносый, и волосы прямые, жесткие... Почему же Ты меня красивой не создал? Какая же это внешность для ангела?

Солнце глядит в глаза и даже не мигает.

— Ну хорошо. Не говоришь — не надо. А крылья? Почему именно я стала ангелом? Почему именно у меня это проклятое призвание? Думаешь, это только в радость — ущербным помогать, несчастных успокаивать?

Море с шумом бросает к ногам пригоршню соленых брызг.

— Сердишься? А мне каково? Вытирать слезы, дарить надежду, радость, облегчение. Думаешь, мне этого не надо? Что я имею? Горсть вот этого песка в ладонях?

Блеклые глаза оживают, в них загорается мятежное пламя.

— Думаешь, я не хочу счастья, покоя.. Чтобы друзья были? Чтобы меня... любили? Где все это? Друзей у меня нет — те, кто были, ушли, новых еще нет, да и будут ли- непонятно. Родителей у меня теперь тоже нет, а он... он ушел к другой, у которой нет крыльев и с которой проще.

Солнце играет бликами на поверхности волн.

— Ну вот за что мне это, за что??? Почему я всем отдаю свое тепло? А мне кто подарит хоть частичку? Знаешь, как от этого холодно, как тоскливо, как... одиноко? Зачем так надо было, скажи, зачем???

Голос сорвался в глухие рыдания. Села, обхватила голову руками, плечи судорожно подергиваются в такт всхлипам. Она плачет, а ветер ласково перебирает сухие волосы, гладит иссушенные руки и лицо.

Наконец, рыдания стихли. Тихим дуновением — усталый шепот:

— Если Ты меня слышал — Ты ведь дашь мне знак, верно?.... Ну пожалуйста.

Волна в очередной раз метнулась вперед, швырнув к босым ногам... старый проржавевший ключ, невесть как оказавшийся здесь.

Подбирает ключ, задумчиво водит по нему пальцем. Постепенно глаза светлеют, из них уходит съедающая душу тоска. Подняла взгляд, улыбнулась слепящему солнцу.

— Я поняла... Ты хочешь сказать, чтобы я искала путь к себе. Правда? Спасибо Тебе. Я обязательно разберусь. И.. прости, что я с Тобой так говорила.

Ключ в карман, босые ступни в сандалии, крылья за спину. Отдохнули, а теперь пора лететь.. оттолкнулась от Земли — и спустя какое-то время исчезла за горизонтом.

Она вряд ли узнает, что именно Он ей сказал- да и сказал ли. Только догадывается и делает предположения. Но она говорит с Ним, чувствует плечом Его молчаливое присутствие, и ей гораздо легче.

А Он... Наверное, сидит у своего моря, перебирает пальцами песок Вечности.