Странница

 

Автор: Дёгред

 

Солнце снова заходит, кровью покрывая холмы и путаясь лучами в вечном тумане Зачарованного леса. В сумрачную тень меж деревьями лентой уходит дорога, скрываясь в тумане.

  Снова этот лес, снова его Чары и вечный сумрак. Хрупкая фигурка бредет по дороге - ничего у нее с собой нет, кроме черного плаща, напоминающего обрывок стремительно темнеющего неба над головой. Странница, вечная странница, дочь уничтоженного народа.

  По ветру - огненные пряди, выбившиеся из-под капюшона. Туманом - глаза цвета морских волн. Ночным небом - плащ на узких плечах. Молочной слезой - опал в серебряной оправе на тонкой шее.

  И снова уходит в лесной сумрак, полный туманом да древней тоской народа этого леса. Ясноглазыми звали их в легендах, а в холмах ныне в ходу лишь имя ·демоны лесаЋ, да призывы пойти и пожечь ·проклятоеЋ место. Но страннице все дальше уходить, хочет она того или нет - Король не ждет ее, но чувствует, что этой ночью ему не познать сна. Снова придет Она, дева тумана, снова будет грусть в красивых глазах и тихие слова, которые имеют странное обыкновение сбываться. Она - пророчица, Уста Высоких.

  Дорога в сумрачную тишь - ни звука. Ни быстрой стрелы, ни легкого шага, ни тихого пения, которому так поражались раньше. Ныне забыли, ныне считают ·колдовствомЋ.

  Странница тихой тенью скользила по врастающей в землю дороге. Скоро она сольется с подлеском, потом и деревья пробьются сквозь камни. И навсегда жители холмов забудут о красоте сердца Зачарованного леса, оставив в памяти лишь проклятья да байки заезжих проповедников новых религий. Не седому Страннику в сером плаще и не белолицей Деве Звезд, не благородному Господину и не смеющейся Водянице, не их братьям и сестрам, Высоким, вести этот народ сквозь тернии... к счастью. Иные боги, иные идеалы.

  Среди ветвей неожиданно вырастает дворец, укутанный туманом. Солнце зашло, а стены мягко светятся перламутровым светом. Творение Ясноглазых, их Чары.

  Тени - нет, дети леса, просто их легкие одеяния и льняные волосы сливаются с туманом. Косые взгляды на странницу - что ж, как всегда. Но теперь все они братья и сестры по несчастью.

  Короткий кивок начальнику стражи, длинный коридор и сумрак библиотеки, озаренной пламенем камина.

  Король сидит за столом, пригубив серебряный кубок с вином. На руки слуги падает черный дорожный плащ - по спине свободной волной огненно-рыжие волосы, опал - белой звездой, осколком тумана, на черном льне платья, полные тоски синие глаза и жемчужно-белая кожа.

  Как странно она смотрится на фоне великолепного Короля, с его рассыпанными по плечам золотыми локонами, венчанными короной из осенних листьев и богато расшитой золотом и камнями одеждой из тончайшего шелка и бархата. И она... увенчанная лишь живым пламенем, что прекраснее любого венца, вечная странница.

  - Зачем ты пришла? - тихо спрашивает Король, разглядывая гравировку кубка в своей руке.

  - Предупредить... о том, что я уже говорила. Мир-то отмирает, - спокойно говорит она, в ясных глазах цвета моря печаль и мудрость.

  - Слышал, от тебя же. Пусть - мы-то останемся. Лес вечен! - Король вскинул голову, заносчивость в красивых глазах. Пусть.

  - Ты мне не веришь, а я ведь не вру. Придет огонь и пожрет цветы и травы, придет ветер и сломает высокие сосны, придет вода и укроет вечным покрывалом то, что останется. А над ее неподвижной гладью пронесется черная птица с опалом на шее и воспоет в последней песне погибшее королевство.

  - Не врешь. Но у тебя странные представления о времени.

  - Не могу не согласиться. Но, извини меня, я передала тебе слова Высоких и ухожу, - женщина встала, чуть поклонилась и выплыла, иначе не скажешь, из библиотеки. Король остался один.

  Он знал, что она не задержится, с рассветом уйдет в утренний туман. Она всегда приходила на закате и уходила на рассвете. На плечах ее - плащ из обрезка неба, на груди мягко сияет опал, осколок молочно-белого тумана. И она никогда не оборачивалась.

  Поэтому и не замечала худого мальчика в зеленом, стоящего на балконе дворца и смотрящего ей в след. А он провожал взглядом хрупкую фигурку в черном плаще, укрывавшем огненные волосы, мечтая когда-нибудь броситься в дорогу вслед за ней. Но не позволяли воспитание и элементарная робость перед странной девой с грустными глазами цвета морских волн.

  А ведь когда-то она была принцессой погибшего в страшной войне города, стоявшего на берегу моря. Белоснежные корабли качались на волнах в его гостеприимной гавани, на шумных улицах звучала и певучая речь Ясноглазых, и жесткая, горская. Но ныне лишь дети Зачарованного леса помнят о том городе, пеплом обратились корабли его жителей, ветром - король, а деве-принцессе - вечная дорога. Не смеяться ей больше, не надеть белоснежного платья - пепел обратил его в черное, не бежать по кромке воды - брести неизвестно куда и зачем, не песням внимать в белом дворце - Словам Высоких.

  Дорога вновь петляет между облетевших по осени деревьев, холодный ветер пробирается под ткань плаща, так и норовя сорвать капюшон и подставить бесчувственным лучам солнца рыжие пряди. Но тонкие пальцы снова и снова поправляют ткань, скрывая живое пламя. Не надо, не время...

  Лес, а вместе с ним и его странное очарование, вскоре заканчивается. Дорога уходит в холмы, нанизывая на себя, как бусины, большие и малые города. Девушка тяжело вздыхает и переступает беломраморную черту, Порог Леса, когда-то созданный его хозяевами. За ее спиной - Чары и потерянное величие обитателей туманной чащи. Впереди - снова путь на закат, бесконечный, бесцельный. Нести Слова Высоких? Да кто их ныне слышит, эти слова! Высокие стали для живущих байками проезжающих менестрелей, а древние легенды - детскими сказками. Кончается время могучих героев, и даже Ясноглазые уходят в туманы своего леса, растворяясь в них, будто и не было никогда летящих меж деревьев дворцов и их изящных жителей.